Теремок
Ехал мужик полем на ярмарку, вёз полный воз горшков да кувшинов. Дорога была ухабистая. Тряхнуло телегу на кочке — и вывалился с воза большой кувшин. Упал он в мягкую траву и не разбился, а мужик и не заметил: дальше поехал.
Лежит кувшин в поле на боку. Летела мимо муха, заглянула в него: стены гладкие, крыша круглая, вход широкий. «Чем не хоромы!» — обрадовалась муха и стала в кувшине жить-поживать. День живёт, другой живёт.
Прилетел комар и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха. А ты кто?
— А я комар-пискун.
— Иди ко мне жить.
Вот и стали они жить вдвоём.
Прибежала мышка и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун. А ты кто?
— Я из-за угла хмыстень.
— Иди к нам жить.
Стало их трое.
Прискакала с болота лягушка — шлёп-шлёп! — и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, да из-за угла хмыстень. А ты кто?
— Я на воде балагта.
— Иди к нам жить.
Стало их четверо.
Прибежал заяц и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, из-за угла хмыстень, на воде балагта. А ты кто?
— Я на поле свертень.
— Иди к нам.
Стало их пятеро.
Пришла лисица и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, из-за угла хмыстень, на воде балагта, на поле свертень. А ты кто?
— Я на поле краса.
Призадумались жильцы: пускать ли лисицу? А лисица хвостом метёт, кланяется:
— Пустите, я смирная, никого не обижу.
— Ну, ступай к нам. Только уговор: в нашем тереме друг дружку не обижать.
Стало их шестеро.
Прибрела собака и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, из-за угла хмыстень, на воде балагта, на поле свертень да на поле краса. А ты кто?
— А я гам-гам!
— Иди к нам жить.
Собака еле-еле в кувшин протиснулась.
Прибежал волк и стучится:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, из-за угла хмыстень, на воде балагта, на поле свертень, на поле краса да гам-гам. А ты кто?
— Я из-за кустов хап!
— Иди к нам жить. Только у нас никого не хапать!
— Не буду, — пообещал волк и влез.
Вот живут они все вместе — в тесноте, да не в обиде. Муха с комаром песни поют, мышка зёрнышки носит, лягушка — водицу, лисица хвостом пол метёт, заяц сказки сказывает, а собака с волком у входа сторожат.
Проведал про эти хоромы медведь. Идёт — земля гудит. Пришёл и как застучит — кувшин едва цел остался:
— Кто в хоромах, кто в высоких?
— Я, муха-шумиха, да комар-пискун, из-за угла хмыстень, на воде балагта, на поле свертень, на поле краса, гам-гам да из-за кустов хап. А ты кто?
— А я лесной гнёт! Пустите и меня к себе жить!
— Да ты, Михайло, к нам не влезешь!
Сунул медведь в кувшин лапу — не лезет. Сунул голову — тоже не лезет.
— Ну, коли не влезу, — говорит, — так я у вас на крыше жить стану!
И полез медведь на кувшин.
Сел медведь на кувшин — кувшин затрещал, захрустел да и раскололся на черепки! Хорошо, что жильцы были проворные: муха с комаром вылетели, мышка выскользнула, лягушка выпрыгнула, а заяц, лисица, собака и волк выскочили. Все целы остались, только перепугались.
Стоят они над черепками и горюют: были хоромы — и нет хором. А медведь и сам не рад:
— Простите меня, — говорит. — Тяжёл я больно, не подумал. Я ваш терем сломал — я и новый построю, только помогите.
Взялись звери за работу все вместе. Медведь из лесу брёвна носит, волк с собакой их на место тянут, заяц с лисицей мох собирают — щели конопатить, лягушка воду таскает, мышка глину месит — печку мазать, а муха с комаром песни поют, чтобы работа спорилась.
Выстроили они терем — высокий, просторный, с крылечком и с окошками, а внутри тёплая печка. Всем места хватило, и медведю тоже. Поселился медведь внизу, у самой двери: и терем сторожит, и на крышу больше не лезет.
Стали они в новом тереме жить-поживать да друг друга не обижать.
Текст: А. Н. Афанасьев (1826-1871), «Народные русские сказки», № 82-84 и № 64, «Рукавичка» В. В. Каррика (1916) и «Череп-терем» О. Э. Озаровской (1922) (сюжет). Картинки: В. В. Каррик (1869-1943), «Сказки-картинки»: Теремок, Золотое яичко, Мужик и медведь. 1911. Подробнее